В онлайне: 1 (гостей - 1, участников - 0)  Вход | Регистрация

 

УДК 502.1: 316.4.051.2

Возможный механизм влияния на ход социальных явлений факторов экологической природы

 

Хадарцев А.А., профессор, Волков А.В., доцент, Кашинцева Л.В., доцент

Тульский государственный университет, Россия

 

Рассмотрены современные экологические дисциплины, объектом изучения которых выступает взаимодействующий с окружающей средой человек и его различные по численности группы, а важным предметом исследований – роль культуры в сохранении жизнедеятельности общества и формировании основных параметров русла социальной истории. Предложен принципиальный механизм влияния на ход социально-экономических процессов факторов экологической природы. Показано, что резкое изменение величин этих факторов способно оказать негативное, лимитирующее влияние на динамику социального развития.

 

Согласно современным представлениям, с некоторыми дополнительными комментариями, экологические отношения внутри человеческого вида могут быть названы социальными. Классификацию дисциплин, причисляемых к социальной экологии, осуществляют с учётом биолого-социальной природы человека и его различных по численности групп. В случае, если речь ведётся об индивиде или репродуктивной группе, определяющей динамику воспроизводства населения, выделяют экологию человека. По сути, эта дисциплина – аналог традиционной аутэкологии. Предметом изучения дисциплины выступает характер воздействия на человеческий организм факторов окружающей среды (с учётом динамики их изменения) и типичные реакции адаптации либо дезадаптации, то есть механизмы и результаты формирования физического здоровья. Если же анализируется социальный ряд, включая личность, семью, отражающие культуру коллективы, выделяют собственно социальную экологию, или синэкологию человека. Оба направления объединяют термином «антропоэкология». Глобальная экология человека изучает систему «природа – общество» в планетарном масштабе.

Важно подчеркнуть, что информационную базу подобных исследований закладывает адекватный мониторинг природных условий и ресурсов, являющийся основой формирования и актуализации тематических кадастров.

Производной социальной экологии, видимо, выступает экология культуры, рассматривающая влияние на общество всей рукотворной среды обитания – от организованных ландшафтов и архитектуры до письменности, живописи, музыки и иных знаковых систем. По мнению Н.Ф. Реймерса, экология культуры являет собой общественный взгляд и научную дисциплину, связывающие вещественно- культурные и мировоззренческие ценности с человеком как личностью и биологическим видом [1].

Согласно представлениям российского антрополога и эколога академика В.П. Алексеева, ключевую идею дисциплин, анализирующих риски социально-экономического развития, выражает модель «человек (общество) – культура – окружающая природная среда». «Эта схема, – указывает В.П. Алексеев в работе «Некоторые аспекты палеоэкологических исследований» (1991), – включает три компонента: человека, понимая под ним, естественно, не единичную личность, а совокупность людей, культуру во всех её формах, природную среду (социальная среда включается в культуру) и все возможные связи между ними» [2, с. 93]. В свою очередь, названная модель конкретизирует физические представления об автоколебательных системах, совершающих незатухающие колебания за счёт источника ресурсов, в общем случае, не обладающего явными колебательными свойствами. Для этого система должна включать блок, или компартмент, который регулирует поступление ресурсов в систему определёнными порциями, а также сохранять с этим блоком непостоянную по знаку и силе обратную связь. Эту функцию выполняет культура, выступающая одновременно и интегральным инструментом природопользования, и интегральным результатом тысячелетнего взаимодействия общества и природы. Поэтому состояние культуры, безусловно, сказывается на степени доступности природных запасов и ресурсов, а динамика культуры – динамика социально-исторических процессов – задаёт перспективные оценки этой категории, как и многих других категорий, являющихся фундаментом экономического благополучия человека.

Другими словами, именно культура и отражает традиционные, и формирует новые принципы и способы реагирования социальных систем на вызовы времени, в том числе на вероятные риски социально-экономического развития. Поэтому анализ причин, механизмов и последствий воспроизводства ситуаций социально-исторического развития в быстро меняющей свои характеристики окружающей среде требует обращения к понятию «культура».

Опыт привлечения понятия «культура» к анализу ситуаций социально-экономического развития представлен ныне весьма многочисленным корпусом фундаментальных литературных источников. В качестве примера, укажем лишь некоторые из них.

Так, по мнению российского нейрофизиолога и мыслителя академика А.А. Ухтомского, события социальной жизни формируются задолго до их реализации. До некоторых сроков ещё можно изменить их ход. Но с известного срока назревшие события катятся с неизбежностью горной лавины. Тогда всё, чем пробуют их задержать, даёт им лишь новый импульс. Особенности проявления данного принципа предопределены предыдущими обстоятельствами жизни, из которых складывается затем механизм. А всякая попытка препятствия или сопротивления лишь усиливает его. Объединяемую механизмом группу событий А.А. Ухтомский назвал хронотопом. «С точки зрения хронотопа, в истории существуют мировые линии, которыми связываются давно прошедшие события с событиями данного мгновения, а через них – с событиями будущего» [3].

Австрийский биолог-теоретик, основоположник общей теории систем К.Л. фон Берталанфи указывал, что законы природы имеют статистический характер. Они позволяют предсказывать не неизбежное будущее, а вероятности событий, зависящие от природы рассматриваемых процессов. При этом повторяемость социальных событий во времени допускается большинством специалистов. Поэтому инструментом исследований зачастую выступают линейные модели исторических процессов. Тем не менее, модели «теоретической истории» вызывают резкую критику, поскольку затрагивают «важные эмоциональные центры современной науки... Эти эмоциональные моменты связаны с вопросом об исторической неизбежности и предполагаемой деградации человеческой свободы. <...> По отношению к сложным явлениям, объяснение в принципе при помощи... моделей предпочтительнее отсутствия объяснения вообще. Это положение никоим образом не ограничивается пределами социальных наук и истории» [4].

Применительно к экономическим процессам, роль культуры изучалась американским специалистом, нобелевским лауреатом П. Кругманом [5]. Согласно его взглядам, формирование и углубление социально-экономического кризиса – фаза рецессии – связаны с разрядкой какой-либо ситуации на рынке услуг и товаров, а сама ситуация определяется аффективным поведением игроков рынка в предшествующие кризису благополучные годы, когда люди перестают задумываться о средне- и долгосрочных последствиях своих действий. Путём «парных взаимодействий» людей происходит усиление даже исходно слабых сигналов. В результате в социальной системе формируются и поддерживаются положительные обратные связи (ПОС), которые и порождают «рыночный бум». Однако, по мере роста количества не «вписавшихся» в ситуацию игроков, аффективность, раньше или позже, сходит на нет. Да и не может столь энергоёмкая фаза длиться долго. После непродолжительного этапа оцепенения, безразличия, полной утраты мотивации и прекращения попыток повлиять на ситуацию, когда система развивается, скорее, по инерции – за счёт доступных ресурсов и связей, начинают нарастать разочарование и пессимизм, неуверенность в адекватности прежних решений и опасение негативных их последствий, критичность в отношении к своим и чужим действиям. Люди, причастные к принятию решений и администрированию, начинают «подмораживать» ситуацию, чтобы не стало хуже. С этого момента формируются и поддерживаются отрицательные обратные связи (ООС), которые, по сути, страхуют систему от тотальной деградации и разрушения. Затем, по мере обретения всё большего контроля над ходом событий, по мере осмысления опыта произошедшего и совершенствования правил «игры», уже пессимизм и неверие в свои силы сходят на нет. Всё больше людей ощущают потребность проявить себя, реализовать свои замыслы. Для этого они коммуницируют, зачастую объединяемые ярким лидером – выразителем настроений эпохи (в рамках второй фазы историометрического цикла А.Л. Чижевского, ожидаемой в 2021-2022 годах). Первые положительные результаты на пути реформ, получающие положительные отзывы как внутри системы, так и сторонних наблюдателей, повышают рейтинг акторов ситуации, что мотивирует их к дальнейшим действиям. Поэтому администрирующая группа ощущает эмоциональный порыв, чувствует уверенность в своих действиях, и постепенно в системе вновь начинают формироваться положительные обратные связи.

Рассмотренный выше циклический механизм социально-экономического развития ныне получает своё эмпирическое подтверждение, то есть адекватно отражает часть сложной системы общественных взаимодействий. Но, по сути, речь идёт об эндогенном механизме развития общества – одном из механизмов его саморазвития. Мы полагаем, что учёт экологических факторов среды жизни и деятельности человека и общества добавит этой модели развития физической достоверности и эвристической (объяснительной) ценности. Ключевым условием совершенствования подобных моделей является мониторинг природных условий, выступающий эмпирической базой формирования и актуализации тематических кадастров.

Поэтому далее рассмотрим механизм воздействия на развитие социальных ситуации факторов экологической природы (в самом широком их понимании – от последствий изменений климата и активизации тектонических процессов до усиления вирулентности биологических агентов, влияние которых, не исключено, синхронизировано ходом излучений Солнца и Космоса), администрирование купирования которых либо сильно затруднено, либо не возможно в принципе. Подобные факторы должны рассматриваться как обстоятельства социально-исторического развития непреодолимой силы (рис. 1). Данный механизм, говоря словами К.Л. фон Берталанфи, представляет собой «объяснение в принципе», но, тем не менее, позволяет интерпретировать важные особенности пройденных, текущих и перспективных участков исторической траектории развития России и её регионов.

 

Рис. 1 – Общий характер влияния на ход делового цикла

обстоятельств непреодолимой силы экологической природы

 

Диапазон изменения подобных обстоятельств развития показан на рис. 1 вертикальными стрелками справа. Вначале рассмотрим фазу рецессии – этап скоротечной смены оптимистических настроений пессимистическими, включая глубокую демотивацию жизни и деятельности, то есть верхнее пространство представленного графика (размещение характеристик данной фазы в верхнем пространстве носит весьма условный характер). Пусть обстоятельства развития исчисляются в каких-либо подходящих единицах (определяющих, в свою очередь, как меру оптимизма, так и меру пессимизма людей), и их предельный уровень показан на рисунке горизонтальной линией. Тогда рассмотрим три сценария, индексируемых «1О», «2О» и «3О». В случае «1О», в фазе рецессии после прохождения максимума, социально-экономическая ситуация ухудшается, но остаётся управляемой – в рамках рациональной оценки событий. Механизмы и последствия ожидаемого неблагополучия отслеживаются и прогнозируются, к ним готовятся. Поэтому соответствующая фаза восстановления, обозначенная на рис. 1 символом «1П», пожалуй, не требует чрезвычайных интеллектуальных усилий и усилий по мобилизации сил и средств, а также населения.

Ситуация типа «2О», приближающаяся к критическому рубежу, но не выходящая за него, также остаётся практически прогнозируемой и управляемой, а непродолжительная нестабильность рынков быстро купируется. В этом случае определённые преимущества получают так называемые традиционные общества, в т. ч. авторитарные и тоталитарные. В «модернизационных» же обществах ситуация типа «2О» требует усиления «вертикали власти», ограничения некоторых гражданских свобод и, в целом, снижения доли релятивизма в отношении граждан к государственному аппарату. В свою очередь, прохождение фазы «2П» требует больших усилий и жертв как от власти, так и от населения [6].

Наконец, ситуация «3О» отличается от первых выраженным ажиотажем на рынках и яркими примерами аффективного поведения игроков, ситуативным, рационально немотивированным реагированием на проблемы, что усиливает эффект общей паники и неразберихи, от которого, правда, единицы получают и удовлетворение, и доход. В этом случае «модернизационные» общества попадают в ситуацию так называемой «исторической ловушки» (любые действия лишь ухудшают обстановку), а в традиционных обществах объявляется чрезвычайное положение. Поэтому прохождение социальной системой фазы «3П» требует сверхусилий или помощи Свыше.

Итак, горизонтальные линии, показанные на рис. 1, определяют уровень потери контроля над развитием ситуации; заметного снижения критичности в её осмыслении; перехода к ситуативному реагированию (на основе «общих смыслов» или веры в то, что рынок всё отрегулирует сам); попадания общества в «историческую ловушку». Стоит особо подчеркнуть: воздействие на систему извне, будь то природные катастрофы или, наоборот, невиданный урожай, происки врагов и идеологических противников, могут и ситуацию типа  «3О» сделать допороговой либо ситуацию типа «1О» – предельно обострённой и критичной, то есть выходящей за «красную линию» опасности. Именно такова роль окружающей среды – её ресурсов и экологических факторов, толкуемых широко, в детерминации поведения социальных систем. Поэтому изучению подлежат как параметры развития самой системы (механизмы эндогенного развития, или саморазвития), так и параметры окружающей её среды (механизмы экзогенного развития).

Применительно к обсуждению рис. 1, следует добавить, что на этапе роста роль деятельности («Д») в различных её формах возрастает, а роль рационального, требующего рассудительности и неторопливости, мышления («М») снижается. В фазе пика кризиса коллективные действия превалирует над размышлениями и «мозговыми штурмами» («Д > М»). Фаза восстановления требует снижения немотивированной активности и перехода к трезвому оцениванию ситуации, к генерации новых идей, к формированию и реализации новых стратегии и тактики развития («М > Д»). В данном случае мы рассуждаем в контексте идей, сформулированных ещё в 1930-х годах Жаном Пиаже [7].

Казалось бы, традиционные общества, в известной степени изолированные от внешнего мира, в целом, более устойчивы к экономическим потрясениям и вызовам иной природы либо купируют их с меньшей затратой усилий (хотя и темпы их развития, как правило, весьма скромные). Однако силы внешнего мира могут влиять и на динамику подобных государств, и, как правило, влиять негативно (рис. 2).  

 

 

Рис. 2 –  Рост вероятности общественных потрясений

при ухудшении обстоятельств социально-экономического

развития под действием внешних сил различной природы

 

Итак, пусть в благоприятных или даже относительно благоприятных – нейтральных – обстоятельствах жизни уровень полной потери контроля над развитием социально-экономической ситуации довольно высок (см. рис. 2), так что даже ситуация рецессии типа «2О» является сложной, но не критичной для государственного аппарата и групп администрирования. Наблюдая это, внешние силы понимают, что государство вот-вот войдёт в фазу восстановления и активного роста экономики, а подобного – по тем или иным соображениям – допустить нельзя. Пользуясь тем, что модерируемое государство открыто миру – в отношении финансовой системы, товарных потоков и социальных связей – внешние силы резко ухудшают обстоятельства его развития (снижением цен на нефть и иное сырьё, повышением этих цен, ограничением доступа к технологиям, разрывом культурных связей, увеличением числа информационных атак и иными санкциями), что повышает вероятность начала социальной нестабильности с её переходом в «цветную революцию» (продолжительностью ∆τ), аннигиляцией прежнего государственного устройства и полной утратой геополитической автономности. Ресурсы почившего можно делить. Иными словами, при резком ухудшении обстоятельств развития, ранее даже докритическая ситуация типа «1О» становится далеко закритической. Если традиционное общество довольно мощное и к тому же мобильное, а, в силу ухудшения обстоятельств развития, коням его воинства начинает не хватать корма, общество снимается с насиженных мест и идёт воевать более слабых или более миролюбивых соседей. Для последних наступает эпоха «ига». Особое место в подобном сценарии занимают усилия по диффамации (от лат. diffamo – порчу) лидера модерируемого государства и его ближайшего окружения, в том числе приписывание этим людям тех или иных качеств, в действительности, у них отсутствующих (например, безвольности или, наоборот, кровожадности; крайней жестокости, отсутствия интеллекта и т.п.).

 Важным этапом такого анализа является учёт влияния на ход социально-исторических событий долгосрочных трендов, определяемых, в первую очередь, именно природными процессами. Как нам представляется, с этих позиций следует выделить три ситуации (рис. 3).

 

 

Рис. 3 – Влияние тренда на развитие делового цикла

 

В том случае, если тренд выражено восходящий, то А1 < A2 и ∆τ1 < ∆τ2, то есть рецессия небольшая по глубине и продолжительности, а фаза восстановления – более мощная и долгая. Если же тренд выражено нисходящий, деструктивный, то, наоборот, А1 > A2 и ∆τ1 > ∆τ2 (эффект «уплотнения хода социального времени»), то есть рецессия более продолжительная, чем ожидалось, и более глубокая, а фаза восстановления выражена слабо и быстро сменяется другим кризисом. Если же тренд нечёткий, то А1 ≈ A2 и ∆τ1 ≈ ∆τ2. Именно третью ситуацию, как более простую, мы и рассматривали ранее.

 

Библиографический список

 

1. Реймерс Н.Ф. Природопользование: словарь-справочник. – М.: Мысль, 1990. – 639 с.

2. Алексеев В.П. Очерки экологии человека. – М.: Наука, 1993. – 191 с.

3. Соколова Л.В. А.А. Ухтомский и комплексная наука о человеке. –  СПб: Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2010. – 316 с.

4. Берталанфи К.Л. фон. Общая теория систем – критический обзор// Исследования по общей теории систем: сборник переводов/ под общ. ред. В.Н. Садовского, Э.Г. Юдина. – М.: Прогресс, 1969. – С. 23-82. URL: http://grachev62. narod.ru/bertalanffy/bertalanffy_1.html.

5. Кругман П. Возвращение великой депрессии? Мировой кризис глазами нобелевского лауреата/ пер. с англ. В.Н. Егорова. – Под ред. М.Г. Делягина, Л.А. Амелехина. – М.: Эксмо, 2009. – 336 с. – (Серия «Экономика: мировые тенденции»).

6. Переходные эпохи в социальном измерении: История и современность/ отв. ред. В.Л. Мальков. – Ин-т всеобщей истории РАН. – М.: Наука, 2003. – 482 с.

7. Пиаже Ж. Генезис элементарных логических структур. Классификация и сериация/ Ж. Пиаже, Б. Инельдер. – Пер. с фр. Э. Пчелкиной. – М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2002. – 416 с. – (Серия «Психология. ХХ век»).

 


 



23.12.20 19:01 | А.Лукашина (участник)
Статья интересная, включает в себя достаточно большой объем информации, детально разобраны механизмы воздействия факторов окружающей среды на развитие разнообразных социальных ситуаций.

Все комментарии (1)

 

Разделы конференции »

  1. Единый государственный реестр недвижимости и земельно-имущественные отношения
  2. Мониторинг природных ресурсов и охрана окружающей среды
  3. Комплексное использование природных ресурсов
  4. Современные вопросы геологии
  5. Физика горных пород
  6. Новые технологии в природопользовании
  7. Применение современных информационных технологий
  8. Экономические аспекты недвижимости
  9. Мониторинг использования объектов недвижимости
  10. Топографо-геодезическое обеспечение кадастровых работ

 

Проекту Kadastr.ORG требуются средства на хостинг и развитие

Сумма: руб.